pavel_lv - "Шумы в Сердце"

Перечитывая последние мои записки, я улыбаюсь, или даже, по временам - посмеиваюсь. Что ж так радует или веселит меня? А вот что: рассказываю я - о событиях непростых, и о судьбах - неординарных. А складывается - просто какая-то,  почти что "голливудская" история о том, как всё "получалось", и почти что мгновенно награждалось успехом и памятью благодарных зрителей.
На самом-то деле - всё было ох, как тернисто. И тернии прорастали постоянно, внезапно, в самых, казалось бы, неожиданных местах и в самое неподходящее время. Хотя, существует ли вообще время, подходящее для терниев? В конечном счёте, вся та непотребность, которая преследует и душит нас, как сорная трава - как правило нами самими и посеяна. И мы пожинаем урожай с наших же посевов, как то и предписано народной мудростью.

Незадолго до того, как я остался один на один со Спектаклем "О" на те самые, небывалые и незабвенные тридцать дней предпремьерных прогонов, на одной из репетиций, которую вел Франко Драгоне, произошла следующая история:

К режиссёрскому пульту, за которым сидели все мы, вдруг из темноты зала подошел человек из команды Стива Уинна, и сказал, что Мистер Уинн в данный момент обходит стройплощадку своего казино, и собирается заглянуть и к нам, дабы посмотреть, что происходит в Театре. Именно так! Не спрашивает, "можно ли заглянуть?", или - "стоит ли заглядывать?", а именно - "собирается"! Что ж, дело хозяйское. Собирается - так собирается. В конце концов, как говорят: "Кто платит - тот и заказывает музыку." Так ведь?
В кабаке - ТОЧНО так... 

А вот в Театре, как и на любой Творческой Кухне, мне думается - вовсе и не так.  
Незнакомец в маске, заказавший Моцарту его Реквием - положил на стол тяжелый кошелек, скрылся в ночной тьме, и оставил Гения один на один с его Творением. Ни у Пушкина, ни у Формана мы не видим Незнакомца, дышащего через плечо "...гуляки праздного..." , пока тот творит, и высказывающего композитору то, что он, Незнакомец, при этом чувствует, и чего желает. Так? Так! Именно так! 
"Но то ж  - Моцарт, - скажете Вы, внутренне думая: "Эк нашего рассказчика понесло! Он "себя под Моцартом чистит". И в мысли этой Вы будете очень даже правы! Не под Лениным же "себя чистить", в конце концов?! И не под Стивом Уинном, при всём моём к нему уважении. 
Не думаю, что Савва Морозов, покупавший в Англии невиданное по тем временам, дорогущее сценическое оборудование для Станиславского - позволял себе "августейшие вторжения" на репетиции МХТ. Равно, как не думаю я, что Станиславский перекраивал бы на ходу то, что репетировал, дабы впечатлить Мецената. 
Как говорил герой Булгакова, профессор Преображенский: "В Большом - пусть поют. А я - буду оперировать".
Всё - до смешного просто. Но - увы - не всегда и не со всеми.

В тот день я стал свидетелем довольно-таки "интересной" ситуации, с последствиями которой мне пришлось иметь дело несколько последующих лет. 

Как только новость о грядущем визите Короля Лас Вегаса была получена моими коллегами и партнёрам, я вдруг заметил какое-то странное, и неорганичное изменение РИТМА во всем, что происходило до прихода гонца от Стива Уинна. Больно и неприятно говорить об этом, но в тот момент я почувствовал столь ненавистную мне суету в нашем стане. Почувствовав же её - я первым делом кинулся внутрь самого себя, дабы убедиться: не изнутри ли меня самого она исходит? Нет, не изнутри. Слава Тебе Господи!  Но я не мог не видеть и не поражаться тому, что плодилась эта суета, как вирус, передаваясь от человека к человеку, от группы к группе, и неотвратимо катилась мутною волною туда, где ей уж совсем не положено быть, а именно - на СЦЕНУ. 
И вот, мнговением позже, я вижу, что волна эта - уже меняет всё, что шло так, как тому идти дОлжно, на то, как в данный момент "нужно". Та сцена спектакля, которая репетировалась - отложена, и я слышу Франко, который спешно отсылает за кулисы своих ассистентов и стейдж-менеджера, на поиски группы из трех прыгунов в воду. Зачем?! Непонятно! А вернее - понятно, но верить в это - как-то... не хочется.
Трое артистов, русский, американец и австралиец - тут же доставлены к режиссёрскому пульту, и Франко спрашивает их о том, с какой высоты они готовы будут нырнуть в воду через несколько минут, поскольку "рядовая" репетиция - превращается в "показательную". 
Да-да! Мы - в США, в Лас Вегасе, в конце ХХ века! А я сижу онемевши, и мне кажется, что мы перелетели во времени и в пространстве из года 1998-го - лет на тридцать назад... на Челябинский Тракторный Завод... под конец квАртала (именно с таким ударением на первое "А"!), и что люди из горкома или обкома - вот-вот придут с инспекцией, от которой зависит вся наша дальнейшая жизнь, со всеми её "благами" и "перспективами".
Ныряльщики мои, недолго покумекав, сказали, что метров с 25-30 (из-под самой высокой, видимой на сцене точки) нырнуть они очень даже могут, и, без долгих объяснений зачем и почему - Франко отправил их назад, на сцену, готовиться к эффектному прыжку в уже специально подсвечиваемый для этого события бассейн.

Тут - я должен оговориться: ничего предосудительного в любопытстве Стива Уинна, равно, как и в его желании заглянуть в Театр во время репетиции - я не видел и не вижу. Передёрнуло меня совсем от другого. Первое, что удивило меня - так это то, КАК визит был организован и преподнесен всем нам, людям, которым Стив Уинн явно доверял, подтверждая своё доверие - мультимиллионными вложениями в то, что мы создавали. Но более всего перетряхнуло меня то смятение в наших рядах, остановить которое я был не в силах , и не заметить которого Стив Уинн - просто не мог.

Театр "О" устроен так, что войти в него можно будучи незамеченным, и не прерывая репетиции.  Почему же Стив Уинн поступил в тот день иначе? Случайно?
Случайно у таких людей - не бывает ничего.

Еще древние учили нас, что для того, чтобы понять явление, событие или чей-либо поступок - смотреть нужно в их суть. Что это событие, явление или поступок представляют собою ВНЕ сиюминутных обстоятельств или побочных эффектов, ими создаваемых.  Побочные же эффекты - порождают новые события. И так далее.

Стив Уинн. Сказочно богатый человек. Владелец нескольких казино. А значит - ИГРОК. А раз Игрок - то Игра его не прекращается никогда. И в этом нет ни плохого, ни хорошего. Так - есть. Значит всё, что делает этот человек - подчинено Игре, победы в которой - суть его Жизнь. Ради меньшего, чем победа - и играть-то не стоит. А чтобы играть и выигрывать - нужно думать на много шагов вперед, но что еще важнее - нужно уметь опережать соперника. А опережать соперника можно, поняв то, КАК далеко он позволит зайти на ЕГО территорию. Но как зайти на эту территорию? ПРОВОЦИРУЯ соперника, ТЕСТИРУЯ амплитуду его реакций на провокации! 
Опережая оппонента - профессиональный Игрок диктует его дальнейшие ходы.

Так было и с визитом Стива Уинна в наш театр, в тот день, о котором я рассказываю. 
Замерли на специально установленной платформе все трое прыгунов в воду, ожидая отмашки от стейдж-менеджера (которого, в свою очередь, Франко Драгоне должен был оповестить о том моменте, когда будет ПОРА)... Сценические лифты были опущены как можно глубже... Бирюзовая вода бассейна была сказочно красива... А вдоль кромки этой воды - разместились наши пловчихи и пловцы-синхронисты, обрамляя бассейн "живой рамой" из своих тел. И всё это - было сделано в течение нескольких минут, дабы успеть к приходу Стива Уинна. Делали это - мои коллеги. Руководил всем этим - Франко Драгоне. Но вот РЕЖИССЕРОМ на эти несколько минут был ЯВНО - НЕ ОН, а Стив Уинн, некоронованный Король Лас Вегаса.

Сидя за пультом, мы увидели, что через главные двери, в Театр входит довольно-таки большая группа людей, и что в середине этой группы идет ХОЗЯИН, Стив Уинн. И вот, группа гостей останавливается, глядя на сцену, и Франко отдаёт команду стейдж-менеджеру, который, в свою очередь подает сигнал прыгунам в воду!..
И ИМЕННО В ЭТОТ, и НИ В КАКОЙ ДРУГОЙ момент, Стив поворачивается спиной к сцене, и обращаясь в нашу сторону, своим зычным баритоном выкрикивает :"Hi guys! How are you doing? Franco! How's your health?"
Понятное дело, что в секунды этого приветствия, три наших прыгуна, следуя команде стейдж-менеджера  - падают в воду, как спелые яблоки. Стив же - этого и не видит, будучи "поглощен заботою о здоровьи Франко", и тем, как у нас у всех дела!
"Hi Steve! I'm doing great!" - слышу я голос Франко, отвечающий Стиву на его вопрос... 

Всё! Свершилось! Стив Уинн понял, что он может влиять на то, что происходит в Театре. Он понял, что приручил Франко Драгоне. Но будет ли он в ответе за того, кого приручил - мы узнаем несколькими годами позже, когда Франко и Ваш покорный, оставив Cirque du Soleil начали работать со Стивом Уинном над созданием нового спектакля под названием "Le Reve" ("Сон"), в новом казино, Wynn Resort.

Прошло несколько недель с того дня, который я описал выше. Франко улетел во Флориду, и я оказался один на один со многими проблемами, которые нужно было решить за тридцать дней. И к списку этих проблем - добавилась еще одна, которая возникла в тот памятный день, о котором я только что рассказал.

И, забегая вперед, и предвидя ваше любопытство - скажу, что решили мы и эту проблему. Как? Об этом - в следующий раз. Скажу одно: даже сейчас, сидя за компьютером и заканчивая эту главу - я ловлю себя на том, что вспоминая о тех днях и событиях - я улыбаюсь, как Чеширский Кот.