Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

Бабки

Вот о чем таком важном можно написать в своем ЖЖ после долгой паузы и серьезных раздумий о том, чтобы вообще закрыть Журнал, который сам-по себе иссох и стал рассыпаться по страничкам, потеряв переплет, державший его довольно-таки крепко в первые пару лет своего существования?
О новых городах и странах, где я "посмел" жить почти все это время без интернета и телевизора? (Кстати - получилось! Чему я рад, и чем даже как-то горжусь...)
О том, чем отличаются вода и соль Андаманского и Адриатического морей? Ну, да... Отличаются... Попробуете - и сами поймете...
О чем-то радостном, что поселилось, или, скорее, проснулось в сердце после, казалось бы, вечной и холодной спячки?
Да мало ли, у кого - что проснулось или заснуло...

В общем, оказался я давеча на диване, у телевизора, после долгого перерыва. И попал, ясное дело, в горячо любимый Баку, на "горячее" Евровидеие, обжегшее меня в Москве в 2009 году ненашутку.
Зарекался... Обещал себе не... И всякое такое - НО! - не устоял.
Надо ли говорить, что  именно "Бурановские Бабушки" - вчерашний "Лот №14" - и стали тем самым "магнитом", притянувшим меня к "ящику"?

Включил...
И вот тут-то и начался отлив в моей "Адриатике", и поднялось "цунами" на моих Таиландских островах. Ну, и "буря в стакане воды", конечно же.
Сначала - помаленьку, поскольку всевозможные финские "недоразумения" в криво-пошитых атласных туалетах и прибалтийские "дивы", похоже, сочинявшие то, что они пели - по ходу дела - хоть как-то перебились запомнившейся Албанской девушкой, искренне удивившей меня не только самим фактом своего присутствия на Евровидении, но еще и ворохнувшую мое расслабленное нутро чем-то таким, что все реже и реже слышится и видится на полях вселенской попсы...

Но когда на сцену выкатилась фанерная печка, изготовленная, похоже, самими бабушками, (на которой только Емели со Щукой не хватало), а из нее полезли то ли беляши, то ли еще какие-то шанежки, а "фаворитки" конкурса (ну, и надежда Нации заодно) заголосили то на своем, то - на протокольном ("английском"), да еще и с притопом, по возрасту сдержанным... Вот тут, именно тут я и почувствовал, что не надо было смотреть и слушать. Хотя бы потому, что после долгих перерывов в ЖЖ надо говорить о ХОРОШЕМ. А теперь - не выйдет.

Ну ведь подлянка же это! Не то, что "ниже пояса": ниже всяких онуч и лаптей!
Милейшие старушки, на которых ловкий (как ему кажется) продюсер, как на корову - седло, примерил английский riff, и, как ему кажется, создал "парадоксальную" ситуацию": "Типический" образ в "Нетипических" обстоятельствах". Хо-хо!

На СТЁБ - не тянет. ГЛУМОМ назвать - возраст участниц не позволяет.
Все как началось НИ С ЧЕГО, кроме печки (фанерной!) - так НИЧЕМ и не кончилось (кроме беляшей несъедобных).
То есть, не совсем "НИЧЕМ":
...НИЧЕМ, кроме моих воспоминаний, например, о REAL WORLD Record Label (Питера Гэбриэла)...
О Дживане Гаспаряне... О Болоте Байрышеве, о Salif Keita, о Youssou N'dour... о великолепном грузинско-немецком SHIN  с его ДЕЙСТВОМ "EGARI"... И, далеко не в последнюю очередь - об Ансамбле Дмитрия Покровского (+)...

...Никому из них не нужны были фанерные печки и алюминиевые противни с бутафорской выпечкой.
...Залы - не менее вчерашнего, Бакинского - "стояли на ушах".
Не было ни "стёба", ни чрезмерной серьезности или, не дай Бог, снобизма. Да что там! ЯЗЫКОВЫЙ БАРЬЕР исчезал вне зависимости от того, где все это пелось, дуделось, кричалось, ШАМАНИЛОСЬ.

А от вчерашнего осталось такое ощущение, что мы (увы! должен сказать "мы"), задрав нос, и высказав, что "МЫ" - КРУЧЕ ВСЕХ" - попросту смачно харкнули себе же в физиономию, совершенно не понимая того, что то, что хорошо в YouTube или в "Минуте Славы" - при иной ЭКСПОЗИЦИИ, выглядит просто пошло и убого, попутно дискредитируя все, что можно: и Страну, и Вселенское Искусство ФОЛЬКЛОРА, да и просто - самих Женщин, возраста немолодого...

Но, тем не менее - ЗДРАВСТВУЙТЕ!
Можете начинать обрушиваться с возражениями.
Но помните:
Мнение автора не может не совпадать с мнением редактора ЭТОГО ЖЖурнала ;-)




Дорогая передача (действительно!)))

Когда-то, кажется, пару лет тому назад, на страницах моего ЖЖурнала, я со скепсисом высказывался о постах со ссылками на Новости, Фотографии, Видео... - в общем, на чужую работу...

А потом - и сам потихонечку стал выкладывать фотки и прочее...

Видимо, верно говорят: "Чему посмеешься - тому и послужишь"...

Короче: по ссылке - целая передача, минут на 40...

А прислал мне ее по Скайпу в этот дождливый, и, до сего момента бывший довольно скучным день - главный ее герой...

Посмотрим. Послушаем.
И не пожалеем - УЖ ЭТО ТОЧНО!


Детский семейный образовательный телеканал «Радость моя» - Трио Ивана Смирнова
Collapse )

От Сенсанса до Брейк-данса

Вострая на глаз и на язык читательница моего ЖЖурнала, http://camudilio.livejournal.com/, порадовала и озадачила меня сегодня утром видео-роликом, присланным в личку.
Помимо того, что мне приятно было осознать, насколько за последние 24 часа расширился спектр ТАНЦОРОВ в YouTube ;-)), я еще и призадумался кой-о чем...
Посмотрим?
А потом, под катом, почитаем (предупреждаю: МНОГО БУКВ!) и порассуждаем. А?



Collapse )

Клиника Невзоров

...Дело даже не в том, что Невзоров, в очередной раз, выдал вчера в эфире Первого канала...  НЕЧТО.
Дело даже не в том, что проблемами зоопсихологии СЕРЬЕЗНО занимались вполне достойные люди - такие, как Бехтерев, Павлов, Дуров,  Гагенбек и иже с ними, как  в России, так и в Европе, а авторы фильма как-то уж очень ловко обошли какого-либо упоминаня о них, сосредоточившись на каком-то "немецком дохтуре"....
И уж ладно, простим Невзорову и то, что  милейший, но (excuse my French!) задроченный мерин (именно МЕРИН, потому, как ЖЕРЕБЕЦ убил бы любого "учителя" за такие "уроки") злился и нервничал беспрестанно (уши повернуты назад и прижаты) и показывал любому мало-мальски сведущему коннику, насколько он подавлен и подвластен (характерное пожевывание губами. Пустой рот, без трензеля, или даже без недоуздка!)...
Оставим грустное! Да - и чести много.

Я, собственно, о другом: 

Посмотрев вот уже второй "конный" ТВ-проект Невзорова, и, регулярно наблюдая джамботроны с рекламой его деятельности на ниве "EQUESTRIAN ART" в Петербурге,  я вдруг, с оторопью, подумал:

А ведь Невзоров и впрямь решил, что он - "Русский Бартабас"! 

Хотя  - это вполне себе вписывается в "добрую", давно сложившуюся в нашем шоу-бизе традицию.
У нас же были и свои Майклы Джексоны - молодые Пресняков и Киркоров (слава Богу наигрались - и "положили на место")
И свой Род Стюрат - Александр Иванов (не наигрался!)
Что касается отечественных "Мадонн" - то всех и перечислять лень...
Был даже свой "Пако де Лусиа" - Дима Мамонтов.
Особо порадовал пару лет назад бас-гитарист из АКВАРИУМА, решивший "косануть" под Тони Левина: довольно-таки тщательно побрил голову, окоротил ремень, на котором висела гитара, и бродил по сцене "Олимпийского", ну ПОЧТИ, как настоящий! Только вот играл несско... приблизительнее. А решив совсем театрализоваться, залез на монитор - и упал на жопу  сцену.

...Да.
И вот теперь - "Бартабас"... НАШ...
Это - при живом-то, НАСТОЯЩЕМ...

Гитарист


           Лет тридцать назад, неизвестно с какого переляху ухватившись за гитару, я довольно-таки быстро научился извлекать из её недр некоторое количество быстро чередующихся и, в общем-то, вполне-себе приличных звуков, которые на протяжении нескольких лет считал Музыкой. Собственно, эти звуки изначально и замышлялись композиторами, как Музыка.
Но на то, чтобы понять ширину и глубину бездны, пролегающей между способностью вызубрить N-ное количество нотных знаков, правильно отполировать ногти, блеснуть заученным на людях - и Быть Музыкантом, у меня ушло куда больше времени, чем на то, чтобы крепко прихватить вожделенный инструмент за талию... За талию...
Да. О талии тут, собственно, и речь.

 

Collapse )

 


Jacko, 1958-2009


Никогда не был его поклонником, хотя при этом отслеживал практически всё, что он делал. И сейчас скажу что-то, что может показаться кощунственным. Но это только на первый взгляд.

Осенью 1991 года, после довольно-таки долгого молчания,  Джексон выпустил свой двойной альбом "DANGEROUS". В это время я был в Нью Йорке, и, естественно, пошел в HMV и приобрёл ожидаемую всеми новинку...

Та осень была жуткой для Американского, да и для мирового шоу-бизнеса. Судите сами:между сентябрём и ноябрём 1991 г. ушли из жизни Майлз Девис, Фредди Меркьюри, Сэмми Девис Джуниор. Плюс - Мэджик Джонсон был ВИЧ-инфецирован (не могу не приплюсовать звезду НБА к этому списку. Баскетбол - тоже шоу).
Настроение в связи с этими потерями было соответствующим. И вот - "DANGEROUS" by Michael Jackson.
Очень хорошо помню солнечный осенний день. У меня - выходной, и я, предварительно прогулявшись по Центральному парку и затарившись китайской едой (грешен: люблю), да, скажем так - "не кефиром", сижу в моём апартаменте, практически - в Гарлеме, прямо напртив театра АПОЛЛО (тогда - закрытом на неопределённое время), и слушаю Майкла Джексона.
Слушаю, и понимаю: Джексон закончился. И причин тому - масса. Но главная в том, что в предыдущие годы, начиная с Jackson 5, заканчивая ТРИЛЛЕРОМ, этот безусловно выдающийся человек просто выработал свой ресурс. А если быть более точным - Майкла Джексона выжали, как лимон. Во всех отношениях.
И цепь немотивированных, странных поступков и громких скандалов последовавших сразу после выпуска этого злосчастного альбома - тому серьёзное доказательство.
Ощущение такое, что с той осени он вольно или невольно гнался за тем, что произошло вчера, в медицинском центре UCLA.

...Я столкнулся с ним в 1995 году, в Лас Вегасе, когда Джексон приехал посмотреть наше первое большое шоу, MYSTERE. Спектакль ему явно понравился, и он пришел за кулисы, поблагодарить артистов, и посмотреть на нашу закулисную "кухню". Он вёл себя, как подросток: трогал всё, что было можно и нельзя, поиграл на наших барабанах-тайко, повисел на трапеции, и попросил разрешения попрыгать на фаст-траке (прыжковой дорожке). Я отрядил ему пассировщика, канадского акробата по имени Джастин Осборн. Надо отдать должное Майклу: с координацией движения у него было всё в полном порядке. И с Джастином он взаимодействовал просто прекрасно.
А дальше было вот что: Jacko обратился ко мне с просьбой. Он решил ангажировать Джастина Осборна на какое-то время, как персонального тренера по акробатике, для чего он был готов вывозить его к себе тогда ещё в Neverland Ranch (Santa Barbara, CA)  каждую неделю, когда наше шоу закрывалось на выходные дни.
Вопреки контрактным установлениям, жестко регламентировавшим работу артистов "на стороне", мы решили согласиться. И несколько месяцев подряд, по понедельникам и вторникам Джастин летал из Невады в Калифорнию, тренировать Короля Поп-музыки.

А когда Майкл Джексон в силу занятости чем-то ещё, решил остановить тренировки с Джастином, я по почте получил конверт из Neverland'a, В конверте была большая цветная фотография - портрет Майкла Джексона, как раз в том облике, который я запомнил по неудачному альбому "DANGEROUS".
В нижнем правом углу - размашистая надпись чёрным фломастером: "To Pavil from Michael Jackson" (именно в таком правописании).

Горько, когда уходят молодые. Но сегодня, думая о Майкле Джексоне, и о том, что происходило в последние 17-18 лет, волей-неволей вспоминаю слова Мартина-Лютера Кинга: "Свободен. Наконец свободен!"
 

Пинтер, Мирзоев, Суханов, и ещё Что-то...

Сегодняшнее утро началось как-то уж очень странно.
Человек, трезвый не столько по определению, сколько по образу жизни,(то есть - я), проснулся ни свет ни заря. Но это бы ещё не беда: в раннем пробуждении нет для меня ничего из ряда вон выходящего...
Из ряда вон выходящее и началось незамедлительно после того, как я уставился в белый потолок, словно на экран кинотеатра в ожидании того, что вот-вот начнётся какое-нибудь "кино". Вот тут-то моя память и принялась надо мной глумиться, для начала гаркнув сакраментальное: "Кина не будет!", и тут же, вслед за этим - отправив меня на мучительные поиски собою же утерянного звена, причём не из дремучей старины, или ещё откуда-то, а всего лишь навсего - из вчерашнего вечера. Я был не в силах вспомнить казалось бы совсем простой вещи, а именно: где я был и что я делал вчера?
Я смотрел в потолок в ожидании  хоть какого-то проблеска, обертона, манка, зацепки... - всё было тщетно! Становилось не по себе. Как вдруг, белизна и пустота пред моими глазами стали принимать какие-то очертания и формы, и формы эти перетекли хоть и плавно, но уж как-то очень быстро, в облик актёра Максима Суханова. Я видел его совершенно отчётливо, объёмно, и даже сейчас, по прошествии нескольких часов, могу описать его портрет в мельчайших деталях. Почему? Да потому, что отчасти вернувшаяся ко мне в тот момент память сказала: "Вчера ты был в Театре Станиславского, смотрел спектакль по пьесе Гарольда Пинтера "Предательство". Режиссёр Владимир Мирзоев. Художник Алла Коженкова. Суханов играл в этом спектакле. И тебе безусловно понравилось и запомнилось то, что он делал, и то как он делал это!"
Боже! Какое облегчение я испытал!..
Но длилось оно совсем недолго.
Поставив  тупую и жирную галку в графе "Где был? Что делал?", память моя опять оставила меня в полном недоумении. Да, я вспомнил, где был вчера вечером. Да, я вспомнил, что там, где я был, я видел актёра Суханова. И как только я вспомнил Суханова - то тут же, незамедлительно он схватил меня за руку, и повёл куда-то, в дебри нюансов и деталей, в мир, в котором кроме него не было вообще никого. Я видел Суханова во всей полноте сценического образа из вчерашнего спектакля, и чем более я углублялся в это разглядывание, тем более озадачивал меня простой, казалось бы, вопрос: "Но ведь Суханов был вчера не один! Где Осталтьные-то? И где Остальное?"
И вот тут-то я и понял, что память моя вовсе не "глумится" надо мной, а работает, как мудрый Суфийский учитель, бросая меня в ситуацию, к которой я думал, что не готов, пока не окунулся в неё столь неожиданно.
Я понял вдруг, что память просто спрятала на какое-то время всех тех и всё то, что (да простят меня создатели и участники вчерашнего спектакля!) было как минимум несущественно, и что даже, в какой-то мере, раздражало меня вчера вечером - да, в Театре Станиславского... да, на спектакле Владимира Мирзоева... да, по пьесе Гарольда Пинтера...

После увиденного осталось ощущение, очень похожее на то, которое я много раз испытывал, посещая jam-sessions в джазовых клубах, как в России, так и далеко за её пределами, а именно: идёшь, и знаешь, что сегодня будет играть супер-музыкант, и, соответственно, те, кто будет с ним на сцене - не могут быть совсем уж "зелёными и необстрелянными".  А на самом деле получается следующее: играется долгое, зачастую не по времени, а скорее - по сути, вступление, к концу которого уже начинаешь отвлекаться и теряться в посторонних мыслях и чувствах. Но вот, приходит Тот Самый Музыкант, и уносит тебя с собой на свои 32-64-128... неординарных, нестандарстных, неквадратных "квадратов", и ты думаешь и чувствуешь: "Жизнь удалась! Всё идёт, как надо!". Но время уходит, и уходит Музыкант. И всё возвращается туда же, где было и до прихода "звезды", а именно - в пространство заезженного и сотню раз слышанного "стандарта", или, говоря музыкальным языком - "Ever-Green"a...

Я вовсе не хочу сказать, что драматургия Пинтера, или режиссура Мирзоева - это "стандарт". И уж тем более, что  "Предательство", пьесу крайне редко ставимую, можно отнести к категории "сто раз виденных и заезженных". Боже упаси!  Но с вышеописанным ощущением поделать ничего не могу. Уж очень оно знакомое. 

А  кабы не игрища, в которые моя память, явно не без умысла и намерения поиграла со мной этим утром, то я бы наверное и не вспомнил вовсе, где я был, и что я делал вчера вечером...

84-88...


                                                                                                                                                                                                                                                                         

...Вот так оно, примерно и было, в то странное и славное время, между годами 1984 и 1988...
Алексею Козлову на этой фотографии ровно столько же лет, сколько мне сейчас, или даже чуть-чуть поменьше.  А мне... Да что там? Всего-то ничего. И тридцати ещё тогда не исполнилось... 
На Козлове - настоящий стиляжий "липень" (для тех, кто не в курсе - "пиджак"), оставшийся ещё с ТЕХ времён. На мне - трофейный костюмчик, сшитый в Дрездене, в 1943 году.

Но ансамбль АРСЕНАЛ, как известно, родился не с появлением нашей скандальной по тем временам программы,  а много раньше. И, слава Богу, не прекратил своего существования в тот момет, когда программа эта выработала свой ресурс и выполнила свою миссию, да простят меня мои читатели за высокопарный слог! (Хотя, завсегдатаям моего ЖЖурнала к этому, кажется, уже и не привыкать:-)

В своей книге "Козёл на саксе" Алексей Семёнович пишет о множественных реинкарнациях АРСЕНАЛА, и тот период, который мне привелось провести с этим великим ансамблем - ничто иное, как одна из них. Противоречивая. Встреченная с восторгом нашей публикой, и - в штыки как чинушами и стукачами от культуры, так и многими собратьями-артистами. Но в то же время - никого не оставившая равнодушным.  И, я думаю - не забытая многими и по сей день.

Для функционеров мы несли со сцены не только "чуждую музыку", но теперь ещё и "неонацистскую идеологию".  Да-да! Именно  "неонацистскую", о чём исправно писалось в подмётных письмах в Минкульт СССР, в Управление Культуры Калининградской области, которому мы тогда формально подчинялись, да и ещё - много куда.
Для других - мы занялись какой-то, как говорилось тогда в закулисных курилках, "собачатиной". Или попросту - "осмурнели".
А для публики, ломившейся на наши концерты по всему, тогда уже разваливавшемуся Союзу, мы были в каком-то смысле, глотком свободы, которая декларировалась тогда уже почти повсеместно, но которой не хватало иногда поболее, чем в  никуда ещё толком не ушедшие "застойные времена".

"Неонацизм" выражался в том, как мы стриглись и одевались, и уж конечно в том, как двигались по сцене.
А "собачатиной и смуром" стала тогда ещё не особо распостранённая в Отечестве музыка New Wave, ко всему ещё и приправленная странным сценическим поведением, зёрнышки которого мы скрупулёзно выцепляли с одной стороны из редких тогда, и практически запрещённых видео-материалов. А с другой - из моего ещё совсем недавнего пантомимского прошлого.

Сейчас, двадцать с лишним лет спустя, многое вспоминается ностальгической с улыбкой. А кое-что - с разочарованием: "Эх, можно было бы и получше..."  Хотя, все эти "бы", да "кабы" - по большинству в пользу бедных. Как могли, так и делали. И слава Богу, что делали.

И, что бы тогда ни писалось и ни говорилось, факт оставался фактом: попасть на наш концерт было, мягко говоря, непросто. 
Афиши АРСЕНАЛА в городах СССР вывешивались как-то... неохотно, но тем не менее, залы были переполнены публикой, сметавшей на своём пути и металические турникеты, и кардоны дружинников, а порой даже конную милицию. И те немногие концерты которые нам "милостиво" разрешали играть в Москве, становились для наших почитателей и недругов событием, а для нас - испытанием во всех отношениях.
Мы всё время балансировали на грани успеха и запрета. Впрочем, в этом смысле наша ситуация не шибко отличалась от той, в которой оказались и другие культовые группы в эпоху безвременья и неопределённости, и, тем более - до неё.

Но парадокс АРСЕНАЛА был и остаётся не в этом.
Парадокс АРСЕНАЛА - это сам Алексей Козлов. Архитектор, музыкант, композитор, лидер.
О нём говорят, что он - жёсткий человек. Порой - диктатор. Порой - неудобный собеседник. Безусловно, в этом есть доля правды, Но можно ли быть мягкотелым либералом и удобным для всех и вся, и при этом оставаться настоящим лидером? Я сомневаюсь.
И можно ли вот уже СТОЛЬКО лет привлекать к себе молодых и талантливых людей, опираясь лишь на диктат и жёсткость? Я сомневаюсь ещё более.

В эти дни, думая о Козлове, я вспоминаю финал фильма "Стиляги", где Фред, вернувшийся из Штатов, говорит Мэлсу: "Знаешь, в Америке нет стиляг...", и заслуженно получает в ответ: "Да пошел ты!"

А что было дальше - вы и сами помните, если фильм посмотрели...






ALEGRIA. Начало

ALEGRIA - именно так, с одним "L", пишется это волшебное слово. Никакого отношения к задорному и быстрому музыкальному темпу "аllegro" (которому действительно необходимы два "L"!) - оно не имеет.
АЛЕГРИЯ - это чувство, которое мы иногда называем Сладкой Грустью. И нет нужды лезть за пояснениями в словарь Webster'a. Лучше вспомнить про Тютчева и Фета. Или -  про Модильяни, Пикассо, Сомова, Бакста, Стравинского, Дебюсси... И - про первую любовь, про давно покинутую, но незабвенную квартиру, про рисунок на обшарпанных обоях, в переплетениях которого мы видели то, чего не видел никто кроме нас, и который останется с нами навсегда, пусть даже и стен этих - уже и нет, про сон, приснившийся немыслимо давно, но в котором нам явилось то, за чем мы гонимся всю нашу жизнь, независимо от того, как "несуразно" было это сновидение... ALEGRIA...

В  конце 1993 года, за несколько дней до Премьеры "MYSTERE", первого спектакля Cirque du Soleil в Лас Вегасе, поздно ночью, ошалелый от дневных репетиций, я сидел в пустом театре, и смотрел на пустую же сцену. В те дни - минуты тишины и пустоты были редки и драгоценны. Впрочем, если призадуматься, мгновения Тишины редки всегда, и мы их часто упускаем, не ценя.
Сидя в пустом Театре, я переживал что-то вроде  "декомпрессии", которая была мне столь необходима перед тем, чтобы выйти из Фантастического - в Повседневное, и не быть разорванным на части всем тем, что нагнеталось и бурлило внутри всех нас, дневавших и ночевавших в Театре, и готовых двигаться всё выше и дальше, к Премьере.

Слушая тишину, и глядя в пустоту, я не заметил, как ко мне подошел мой тогдашний босс, Жиль Сен-Круа (Gilles Ste-Croix). Сев рядом со мной, он спросил:
"А что ты собираешься делать после премьеры "MYSTERE"?
Вопрос его - вернул меня с небес на землю, но - не настолько чтобы я мог дать моему неожиданно-появившемуся собеседнику членораздельного и адекватного ответа.
"Жиль! Тут - до Премьеры бы дожить! А ты мне - про "после". Я - так далеко даже и не думаю пока, если честно" - ответил я.
"Тогда - давай послушаем  музыку и подумаем вместе" - продолжил он, и, секунду спустя, в меня, в мою бестолковую жизнь, вплывает глубокое глиссандо двух бас-гитар, тихий перезвон колокольчиков, и надтреснутый, "неправильный", фантастический голос певицы, Франчески Каньон... "Alegria, Comme un assalto di Giora..."  Первые же звуки этой песни заворожили меня, и я даже не заметил, как Жиль дал отмашку звукорежиссёру, и тот запустил её по второму, третьему, седьмому разу... Я слушал, и не мог остановиться... АЛЕГРИИ не могло быть "слишком много"! Она открывалась передо мной, переворачивая страницу за страницей какой-то Тайной Книги, которую я ЯВНО читал в Прошлых Жизнях, и которую вспоминал, пролистывая и слушая шелест её страниц, порой становившийся шёпотом моей памяти о неведомом, но о таком близком! Хриплый, надорванный голос Франчески говорил со мной о знакомом, пережитом, и досадно-забытом... Но она пела и о том, что вспомнить это Забытое - нужно, и никогда не поздно. Франческа дарила мне надежду на то, чтобы вернуться к себе, посмотреть внутрь, и поверить в то, в чем разуверился, или от чего отвернулся преждевременно...

Помолчав несколько минут после услышанного, Жиль посмотрел на меня и спросил: "Хочешь поехать в турне с ЭТИМ ШОУ?"
И, не дожидаясь окончания вопроса, я ответил: "ДА!" И только потом, секундой позже, я подумал: "А с каким-таким шоу?", и тут же понял, что внутри только что услышанной песни ALEGRIA - и был весь спектакль, над созданием которого нам еще только предстояло начать работать несколько месяцев спустя. Спектакля, как такового - еще и не было, но он - БЫЛ ЗАЧАТ в песне, которую написал Рене Дюпере, и которую спела, а точнее - ПРОЖИЛА Франческа Каньон и которую я, вот уже пятнадцать лет могу слушать снова и снова, и всякий раз слышать в ней то, чего не слышал прежде.

Так, поздней декабрьской ночью 1993 года, я встретился с АЛЕГРИЕЙ, встретился, чтобы не расстаться уже никогда. Сейчас, по прошествии стольких лет, я могу говорить об этом с уверенностью. У меня есть руки, ноги, голова с некоторым количеством серого вещества, есть у меня и сердце... Но именно с той ночи, о которой я пишу - есть у меня и ALEGRIA. А точнее - у неё есть я.